ЦИТАТА ДНЯ

“"Все человеческие мнения относительны: каждый смотрит на вещи так, как ему удобно" ”
Вильгельм Виндельбанд

Общество

Воспоминания нижнекамца о службе на Семипалатинском полигоне и об участии в испытаниях ядерного оружия

13.11.2015

20143

0

Нижнекамец Анатолий Григорьевич Маркелов в начале 70-х служил на Семипалатинском ядерном полигоне в Казахстане, был непосредственным участником ядерных испытаний. Многие годы на его воспоминания об армейской юности был наложен гриф «Секретно». Подписку о неразглашении давали тогда на 25 лет, и только сейчас можно поговорить и вспомнить о том, как это было. Вот рассказ участника подразделения особого риска о событиях 40-летней давности:

– Вопрос «Служить в армии  или нет?» в 70-е годы перед нами, 18-летними парнями, вообще не стоял.  Не служить в армии – вот был настоящий  позор! Мой отец прошёл всю войну от Москвы до Восточной Пруссии.  И поэтому в нашей семье это даже не обсуждалось –  в армии служить ты был обязан!  Я призывался в 1973 году из шахтёрского города Белово, что в Кемеровской области. Попал в школу сержантов (ШСС), где готовили младших командиров для службы на Семипалатинском ядерном испытательном полигоне. Она находилась в Курчатове – это единственный город  на территории полигона, долгое время пребывавший в статусе «закрытого». Он не был нанесён на географические карты и в документах именовался сначала как «Москва-400», а потом «Семипалатинск-21» или просто «Берег». В городе размещались жилые дома научных работников и казармы военного гарнизона. К нему даже была проложена отдельная ветка железной дороги от Семипалатинска. Мы жили в казарме, условия были нормальные. В солдатском магазине  – шпроты, сгущёнка, компоты какие-то. Снабжение там было московское.  После Сибири, где тогда голые полки в магазинах были,  это казалось роскошью. 

  После ШСС началась служба на полигоне. Первое, что пришло мне в голову: «Как здесь жить?» Я из Сибири, привык к тайге, к лесам. А здесь бескрайняя степь, ветры дуют, жара адская … Но прошло несколько недель, я пообтёрся, солдатская служба заслонила прочие «тяготы и лишения». Когда ты должен находиться в пределах досягаемости очередного ядерного взрыва, тут уже не до пейзажей.  Наша часть находилась в точке «Г». Я служил тогда во второй команде, которая  принимала непосредственное участие в ядерных испытаниях. У меня и до армии были водительские  права, а на полигоне я стал водителем мощного гусеничного тягача.  Страшно не было. Наоборот, было интересно. Ждали – когда же на  первый взрыв поедем. О том, какое влияние повышенные дозы радиации оказывают на всё живое,  нам особенно не говорили. Лишь подчёркивали, что новобранцам выпала почётная миссия – находиться на передовом рубеже советской науки, увидеть рождение грозного для врага оружия. А мы, молодые ребята, гордились и даже считали службу на полигоне романтикой.  Была  ли дедовщина? А как же без неё… И полы драили, и драки были… Приходилось за себя стоять. Армия –это, в первую очередь, закалка, там нужно чего-то добиваться, крутиться, решать задачи. Но у нас все парни были нормальные.  Видимо, отбирали – кто покрепче да посообразительней, всё-таки испытательный полигон.  Спортом занимались почти все: футбол, волейбол, лёгкая атлетика, бокс.

Территория  ядерного полигона  делилась  на площадки:   «М» –  военный городок; «О» – опытно-научная часть; «П» – «Опытное Поле» – где должен был произойти атомный взрыв; «H» – комплекс зданий для проведения испытаний. Площадка «Ш» – там  размещались система энергообеспечения «Опытного поля», помещения для личного состава  и дезактивационный пункт. Испытания мощностью до 150 килотонн проводились в вертикальных шахтах глубиной 500 и более метров, а в горизонтальных горных выработках проводились испытания зарядов малой и ограниченной мощности. Взрывы, как правило, проводились в полдень. Обычно ждали нужное направление ветра, то есть пока направление ветра будет не в сторону Китая. А то, что ядерное облако идёт в  сторону Алтайского края, судя по всему, никого не волновало. Как не волновало и то, сколько доз хватанут солдаты-дозиметристы  и мы, водители, которые первыми отправлялись в «логово» радиации.  Это сейчас я знаю, что  период полураспада плутония-239 около 20 тысяч лет.  Мельчайшие частицы плутония солдаты  вдыхали вместе с пылью, потому что жили и работали  на заражённом радиацией полигоне. Удалить плутоний из организма невозможно – даже если одна частица попала внутрь, она просто выжжет все ткани вокруг себя. Поэтому все военнослужащие, которые здесь служили,  каждый день  рисковали своим здоровьем. Это своего рода подвиг, говорю без всякого преувеличения…

 Все два года я прослужил на полигоне водителем. Были у нас и внештатные ситуации. В мае 1974 года задуманный подземный ядерный взрыв из-за технического сбоя превратился почти в наземный.  Земля взметнулась вверх на сотни метров. Сила взрывной волны была столь мощной, что за 100 километров от эпицентра выбивало окна На поверхности земли, деформированной от многолетних подземных испытаний, образовались огромные щели, через которые вышли радиоактивные газы. Мы поняли, что ситуация аварийная, когда к нам в часть приехал сам генерал, фамилия его была Белобородов. Нас всех построили.  На построении он спросил: «Кто из вас  водитель? Добровольцы есть?» Я первым вышел из строя, потому что командовал отделением, был  старшим сержантом. За мной вышли ещё несколько солдат-добровольцев.   По назначенному  маршруту мы на тягачах двинулись к своим объектам и сразу попали в сплошное облако пыли и гари. На полигоне было душно и жарко, но окна в машине открывать запретили, дабы «защититься от проникающей радиации». И о радиации мы, конечно же, знали, однако тогда каких-то специальных защитных средств не было, нам выдали только респираторы.  Впрочем, тогда о вреде для здоровья сильно не задумывались, хотя там, где мы были, измерительные приборы попросту зашкаливали. В тот день мне пришлось трижды побывать в эпицентре  взрыва. После каждого рейса мы проходили обязательную дезактивацию техники и вооружения  на дезактивационном пункте и снова ехали на задание… Временами, конечно, было страшно, но мы тогда понимали, что делаем очень важное для нашей страны дело. А программа «Время» тогда как обычно объявила: «На полигоне в районе Семипалатинска произведён подземный ядерный взрыв мощностью от 20 до 150 килотонн, радиационный фон нормальный».

  Жалею ли я, что попал служить на ядерный полигон?  Нет, не жалею. Мы были молодые, весёлые, и в памяти осталось только хорошее.   Мы ведь выполняли свой солдатский  долг – так сложилось.  Понятно, что служба проходила на заражённой территории. Неизвестно – кто, когда и сколько  «схватил»...  Я  демобилизовался летом 1975 года.  О службе на ядерном полигоне вспоминал только про себя, потому что при увольнении в запас мы дали подписку о неразглашении военной тайны на 25 лет. После демобилизации я не имел права даже лечащим врачам рассказать о том, где я находился, что делал, кем был…   И об этом не знал никто, даже жена и дети. Потому что подписка о неразглашении не позволяла рассказать даже  близким родственникам о том, что же на самом деле с нами произошло. О военнослужащих Семипалатинского полигона заговорили уже после Чернобыльской катастрофы.  Закон о ветеранах подразделений особого риска вышел в 1993 году, где нас приравняли к чернобыльцам.   Людей, которые участвовали в испытаниях ядерного оружия на Семипалатинском полигоне, в настоящее время осталось очень мало.  Многие из ребят, с кем я когда-то служил, умерли, не дожив и до 40 лет. Потому и  считаю, что мне повезло…

После армии Анатолий Григорьевич  вернулся в Белово.  С трепетом вспоминает глава семьи о том, как впервые увидел свою Нину.   «Разве можно было в такую красавицу не влюбиться?» Помнит эту встречу и Нина Ивановна: «Я дружила с дочерью его старшей сестры, которая пригласила меня поехать вместе с ними в тайгу за грибами. Тогда мы первый раз и встретились с Толей,понравились друг другу с первого взгляда». А 6 сентября 1975 года молодые  расписались. Свадьбу молодожёны сыграли шумную: пригласили друзей, родных и близких.  В этом же году молодая пара  переехала из Сибири в Нижнекамск, где Анатолий продолжал работать водителем, а Нина устроилась мастером в парикмахерскую. После окончания педагогического училища она многие годы работала воспитателем в детском саду.  «Что бы ни происходило, радостные или печальные события, нужно всё в этой жизни пережить вместе,  – считает Нина Ивановна, – где-то уступить и пойти навстречу, что-то простить. Молодые люди сегодня не умеют слушать друг друга, а ведь это важно».

В сентябре 2015 года супруги отметили рубиновую свадьбу. Вот уже 40 лет эта семейная пара идёт по жизни вместе, сохраняя любовь, верность и уважение друг к другу. На вопрос, в чём секрет их семейного счастья, Маркеловы смеются, с нежностью смотрят друг на друга и отвечают, что главное – любить друг друга и уступать, идти на компромиссы. Их брак смело можно назвать счастливым. За эти годы супруги воспитали двоих детей. Дети этой прекрасной пары – сын Руслан и дочь Олеся – уже подарили родителям четверых внуков. Папа и мама для них всегда были примером семейной жизни. Они привили любовь, понимание того, что в семье необходимо уважать и поддерживать друг друга. «Дети и внуки –  это главное, ради чего живут любые родители. Мы очень гордимся своими детьми. Они – наша радость», – без ложной скромности говорят  Маркеловы.  В свободное время супруги увлечённо занимаются дачей. Конец лета и осень, порой до первых заморозков, Маркеловы посвящают «тихой охоте».  В окрестных лесах всегда ждут их грибные места и памятные поляны.  Также любят Маркеловы заниматься кулинарией. Как во многих семьях, есть у них и любимые блюда.  Глава семьи сам виртуозно готовит. А его супруга знает секрет вкуснейших пирогов и булочек,  разнообразные рецепты кавказской и грузинской кухни.

Безусловно, такие семейные пары дороги для нас. Мы должны о них говорить, должны их чествовать за то, что они смогли пройти свой жизненный путь с достоинством, воспитать своих детей, сохранить свои чувства и быть примером молодым.

 От имени редакции газеты «Мы-нижнекамцы»  хочется пожелать супругам Маркеловым  крепкого здоровья, семейного счастья и  благополучия!

Людмила Попова.

комментарии

нет комментарий

Ваш комментарий к статье:

Чтобы оставить комментарий, Вам нужно авторизироваться либо зарегистрироваться.