ЦИТАТА ДНЯ

“"Все человеческие мнения относительны: каждый смотрит на вещи так, как ему удобно" ”
Вильгельм Виндельбанд

Культура

Непридуманный мир нижнекамского художника Малика Яруллина

31.07.2015

19721

0

Малик Яруллин много лет живёт и работает в Нижнекамске. Но, по большому счёту, он живёт в своём собственном мире – и этим всё сказано.

 

Его мир непридуманный; просто это мир  истоком с земляничной поляны, с той самой, на которой летом 1938 года благополучно, без криков – как выдохнула – разрешилась от бремени его матушка. Малик абый любит рассказывать эту  правдивую и в чём-то символичную историю: женщины работали на лугу – и вдруг хватились:  рядом нет одной товарки… Кинулись искать, а она неподалёку. Лежит среди цветущей земляники и с ней… младенец. Отлежалась немного и потихоньку пошла домой; подружки проводили. Ему всю жизнь кажется, что он помнит ту поляну и тот солнечный июньский день – не случайно же они сквозят в каждом мазке, на каждом холсте, в любом изгибе линий, в основном  плавных. А крестьянский двор со стайкой увлечённых чем-то своим кур и подсыхающим бельём на верёвке – тот самый «настоящий» двор в деревне недалеко от Чистополя, так или иначе кочующий с полотна на полотно, его вечный родник вдохновения. И этот родник чем дальше во времени, тем прозрачнее. От этого даже пустыри и нехитрые луговые цветы под его кистью  светятся. От этого реальные люди на портретах выглядят  такими, как хочется ему: простыми и чистыми. Вот  сидит под яблоней человек в растянутом на локтях свитере. Только, если вглядеться,  это и не рука, а крыло… Получается, и не человек вовсе, не старинный друг по творческому цеху сидит под яблоней, а ангел – весь  такой, какой есть…

Мастерская художника – это особый «выставочный зал», где он виден весь, до донышка прозрачный. Прекрасный живописец с уникальной способностью видеть, чувствовать и осязать цвет, он не многим известен как график. Яруллин-график – явление особое. Рисунки сделаны твёрдой рукой опытного рисовальщика – смелыми, точными, законченными линиями; они – настоящее откровение художника, и он сам признаётся, что дорожит ими даже больше, чем законченными полотнами. В основном это портреты. Натуру он ищет повсюду, а точнее говоря, натура сама находит его: на рынке, в больничной очереди, на ярмарке, на автобусной остановке.

– Я с каждым днём вижу мир и людей всё более красивыми, и от этого интерес к творчеству становится всё сильнее, – признаётся Малик абый. – Из каждой женщины я могу сделать богиню! Крестьянка – это ведь богиня, которая просто пашет. Пахать – не царское дело, а для богини в самый раз! Я до этого дошёл с возрастом,  у меня спелый возраст, который всё понимает!  

Малик Яруллин не отмечен почётными званиями, да и большого смысла он в них не видит:

– Разве древние мастера имели звания? Если скажут когда-нибудь про меня, что был такой настоящий художник, мне ничего больше не надо. Если запомнят – это и будет моё истинное «звание». Я  горжусь тем, что учился у известного живописца Николая Овчинникова, профессора, ученика Ильи Репина. Получается, что  я – третье поколение учеников Репина?  Разве это не почётное звание?

Работа Малика Яруллина хранится в фондах Государственного музея Татарстана: «Там же, где хранится Фешин!» – то ли удивляется, то ли восхищается Малик абый. И тут же скромно признаётся: «Это не я – это моя рука пишет, это не глаз – она выбирает цвета!». На самом деле он не выбирает момент вдохновения: тот самый, когда «рука сама пишет», в этом состоянии он живёт. Реалист и романтик, он безоговорочно подчиняется тому состоянию, когда  «рука сама» бросает на холст что-то с его богатой палитры: так и рождаются  драгоценные россыпи: будь то опавшие лепестки васильков, немудрёные цветы душицы или бельё на верёвке – трогательное  воспоминание деревенского быта. Малик абый не умеет объяснить, как это у него получается, и отвечает растерянно:

– Ну, как?.. Мастихином…

Вот так: мастихином, будто в формате 3D, создаются те самые работы, которые одиннадцать раз выставлялись на «Большой Волге». Их безошибочно выделяет «иностранный» глаз, чутко заточенный на национальную самобытность, выделяет и увозит…   

В его крохотной – пять квадратных метров – мастерской висит на стене пустая рама. Её он повесил на свободный гвоздь случайно: чтобы не мешалась под ногами, а получилось – символично: образ будущей картины, той самой, которая пока ещё не создана.

Галина  Суздальцева.

комментарии

нет комментарий

Ваш комментарий к статье:

Чтобы оставить комментарий, Вам нужно авторизироваться либо зарегистрироваться.